Это монолог школьного психолога-практика о некоторых ценностях, которые взрослые – педагоги и родители – непременно хотят передать подрастающему поколению. Например, ценности здорового образа жизни – сокращенно «ЗОЖ»…

Образовательные учреждения получают статус «Школ здоровья» и внедряют в учебный процесс «здоровьесберегающие технологии». Как не растерять за аббревиатурами и сложными названиями то живое, что действительно важно современным подросткам? Как избежать морализаторства и скуки, призывая детей воспитывать в себе только здоровые привычки? Как самому взрослому стать примером и образцом в области сохранения здоровья? Если отвлечься от общепринятых штампов – эти вопросы перестают казаться легкими.

Расскажи, Натка, интересное, - попросил обиженно октябренок Карасиков. - А то вчера Роза обещала рассказать интересное, а сама рассказала, как мыть руки да чистить зубы.

Аркадий Гайдар. Военная тайна.

На пустынном пляже бодрая старуха делала зарядку. Она только что вылезла из воды, взобралась по крутому бетонному гребню на цепко раскоряченных ногах и делала зарядку, да необычную, а какую-то чудную, вроде китайской гимнастики у-шу. Старуха и была похожа на старого желтого китайца. Видно было, что она из тех людей, кто до старости в спортивных рейтузах и с рюкзаками на спинах взбираются на камчатские сопки. Из тех старух, что лет тридцать уже не едят мяса, рыбы, яиц, орехов, грибов, кофе, чая – потому что всё это вредно. Из тех старух, которые завтракают горсткой сырого геркулеса, запаренного кипятком, а обедают куском вареной свеклы, ну и так далее. … Словом, из тех. Они действительно молодчаги, и в девяносто лет свернутся вам в любую позу йоги, но говорить с ними почему-то совершенно не о чем, кроме как о йоге, клизмах, уринотерапии и лечебном голодании.

Дина Рубина. Один интеллигент уселся на дороге.

Я – школьный психолог, который очень любит свою работу. И я стараюсь, чтобы уроки психологии, которые я провожу в старших классах, были по-настоящему интересными. Подросткам эти уроки нравятся - не только из-за того, на них не ставят оценок (а значит, не страшно ошибиться), не только из-за того, что мы часто смеемся и играем. Есть много тем, которые по-настоящему волнуют мальчишек и девчонок – им нравится, когда с ними говорят о них самих – их характере, взаимоотношениях, способностях, проблемах.

Нередко бывает так, что школьники сами предлагают вопросы для дискуссий и обсуждений, но некоторые темы нам «положено» изучить по плану. Обычно это не вызывает у меня никаких трудностей: все темы важны, и любую из них можно сделать интересной и увлекательной.

Я хочу рассказать вам историю одного занятия, которое заставило меня потом много думать и сомневаться. Сомневаться - не в правильности, но в актуальности для подростка тех ценностей и идей, которые мы, взрослые, так старательно декларируем и возводим в абсолют.

С точки зрения взрослого (а тем более - педагога) - мы, безусловно, правы, тысячу раз правы. Мы правы, когда говорим о том, что здоровье – это несомненная ценность, а здоровый образ жизни – верный путь к его достижению и сохранению. И конечно, необходимо мыть руки перед едой (и после еды), делать зарядку, соблюдать режим дня, правильно питаться, много времени проводить на свежем воздухе и спать ночью не менее восьми часов.

Тема про здоровье – это одна из тех обязательных тем, которые «положены» по плану в наших уроках психологии. И вот что однажды из этого получилось.

Знаете, мы часто на уроках используем не совсем обычные, творческие способы выполнения заданий. Вот и в тот раз мы в художественной форме «пошли от противного» - а именно, начали с того, что всей группой придумали рассказ про подростка, который не заботился о своем здоровье.

Ну, знаете, как это бывает – один начинает, первое предложение придумывает на заданную тему, за ним второй, и так дальше по кругу, пока не получится целое повествование. Такое коллективное творчество. Ох, и смеялись мы!

Подросток Пафнутий - герой нашего рассказа – как раз-таки не мыл руки, не чистил зубы, ел много сладкого, жирного, острого и соленого (и запивал это молоком), никогда не ходил на физкультуру, никогда не проветривал комнату и не вытирал пыль, днем спал, а ночью играл в компьютер. Да, еще он пил и курил. Чего мы про него только не придумали. Эта часть урока прошла живо и весело.

Конечно, всем было понятно, что так жить совершенно невозможно, и неправильно, и никто из школьников не захотел оказаться на месте этого подростка.

Но самое странное началось потом, когда мы стали также все вместе придумывать «рассказ наоборот» – про подростка, который заботился о сохранении своего здоровья. Знаете, что получилось? Я приведу этот рассказ полностью. Героя мы назвали Арчибальдом.

«Арчибальд проснулся за несколько минут до звонка будильника – годы тренировки выработали у него особое чувство времени и его организм работал лучше всяких часов. Эти несколько минут он потратил на осуществление плавного перехода от сна к реальности – потянулся (это полезно) и улыбнулся (новый день надо встречать улыбкой – это залог хорошего настроения). Когда в положенное время прозвенел будильник, Арчибальд уже был полностью готов к подъему. Он встал, распахнул окно и радостно вдохнул свежий морозный воздух. Стоит ли говорить, с каким удовольствием он умылся и почистил зубы? Потом Арчибальд вернулся в комнату и проделал уже привычный для него комплекс упражнений утренней зарядки под бодрую музыку. Потом он принял душ – как положено контрастный – то холодный – то горячий. Позавтракал овсяной кашей, творогом и яйцом, выпил сок. Теперь можно идти в школу.

В школе он с легкостью посетил шесть уроков, получил несколько пятерок и пошел домой – в отличие от мальчишек, оставшихся за углом школы курить и обсуждать девочек из параллельного класса. Дома он пообедал полезной едой – обязательное первое, второе и компот. Потом Арчибальд отправился на тренировку. Тренер его очень хвалил и предлагал поехать на городские соревнования. Потом Арчибальд приехал домой и стал делать уроки. Еще он помог родителям по хозяйству, а вечером погулял с собакой (заодно сделал вечернюю пробежку). Дома он собрал портфель, включил на один час компьютер (больше нельзя, вредно), почитал немного интересную книжку и лег спать. Ночью он спал крепким здоровым сном.

Когда в положенное время прозвенел будильник, Арчибальд уже был полностью готов к подъему….»

Уже где-то на середине рассказа меня стали терзать сомнения, а к концу – охватил легкий ужас. На лицах ребят тоже читалась какая-то растерянность. Мы сидели и переглядывались. Они привыкли относиться ко мне с доверием и уважением и пока воздерживались от высказываний. Наверное, у меня еще был шанс «спасти» ситуацию – сказать «Ну, наверное, каждый из вас хотел бы оказаться на месте Арчибальда. Арчибальд – умный школьник, заботящийся о своем здоровье, и из него совершенно точно вырастет успешный человек, который будет жить долго и счастливо». Еще можно было устроить голосование: «Кто за Пафнутия»? «А кто за Арчибальда»? И обсудить, чем Арчибальд лучше Пафнутия…

Но я этого не сделал, на меня напала ужасная тоска. Арчибальд казался мне похожим на улыбающегося робота, и больше всего хотелось взять его за плечи и трясти до тех пор, пока он не скажет или не сделает что-нибудь неправильное. Тогда хотя бы стало ясно, что он живой. Пока у меня не было такой уверенности.

Мне казалось странным, что Арчибальд ходит в школу. По всему получалось, что этому Арчибальду никак не меньше сорока, работает он директором крупной фирмы, носит безупречно белые, отглаженные рубашки и стильный галстук. У него есть жена, любовница и дети, получающие образование за границей. У него дорогой автомобиль с водителем, вместо друзей – партнеры по бизнесу, а еще он контролирует артериальное давление, следит за своим весом и занят приобретением недвижимости в Черногории. Ох.

Мне трудно представить Арчибальда подростком. Есть ли у него друзья? Девушка? Бывает ли у него плохое настроение? Совершал ли он хотя бы иногда ошибки? Страдал ли? Прыгал ли он когда-нибудь с крыши гаража? Читал ли в детстве «Тома Сойера»? Опаздывал ли на урок? Пробовал ли он пиво? Сможет ли он нарушить режим, если у его друга случилась беда и нужна помощь? Рисовал ли он «пятачок» на маске от гриппа и бегал ли по школьному коридору, радостно хрюкая?

Пафнутий – утрированно бессмертен. Кажется, он так хотел повзрослеть, что остался вечным ребенком, infant terrible.

Арчибальд – ограничен и упрощен до невозможности, сведен к функционированию по графику, давным-давно составленному для него заботливыми взрослыми. Интересно, что он будет делать, если по какой-то причине его график будет нарушен? Например, тренировка не состоится? Не случится ли у него короткого замыкания - или что там еще случается в робототехнике?

Каждый из нас – сидящих на этом занятии - не был, конечно, ни Пафнутием из первого рассказа, ни Арчибальдом из второго. Мы ложились то поздно, то рано. Пробовали курить и даже - алкоголь. Забывали мыть руки перед едой – и на них оставались тысячи (или даже миллионы?) бактерий. Прогуливали физкультуру, обманывали учителей и родителей, неправильно питались, до ночи сидели за компьютером, не делая потом зарядку для глаз и для спины. По-разному с нами бывало.

Проблема в том, что разговоры о здоровье и здоровом образе жизни ведут взрослые, чей жизненный опыт сильно отличается от подросткового. В их жизненном опыте есть уже плохое самочувствие и болезни, общение с докторами и лечение, болезни и смерть близких – и даже ровесников. Под страхом потери здоровья, болезней и смерти – поневоле забеспокоишься… В этой реальности здоровье и правда становится безусловной ценностью, одной из важнейших. И беречь его надо, и заботиться о нем.

Но в реальности подростковой – много иначе.

Большинству подростков несвойственно заботиться так сильно о своем здоровье – если, конечно, они не больны с детства - или не воспитаны тревожными родителями, убедившими их невротически пугаться каждого (даже гипотетического) недомогания.

Сколько более важного (и правда важного!) есть в подростковые годы. Дружба, любовь, одиночество, настроение, отношения в семье, образование, будущая профессия. И – отчаянное желание вырасти из детства, найти и обозначить себя как равного, взрослого, независимого и опытного.

«Мое здоровье – это то, что я трачу, то, чем я пользуюсь, узнавая возможности своего тела – и своей психики тоже. Я рискую – и я узнаю, что я – есть. Мне только предстоит еще узнать о существовании границ возможного – хотя во взрослом мире эти границы давно известны. Я не хочу жить по расписанию, составленному взрослыми – это означает - вернуться назад, снова стать зависимым и маленьким, растерять всю свою свободу. Я тоже смогу стать разумным – потом, когда опыт выхода за рамки позволит и мне составить свою систему ценностей – и про здоровье тоже.

Мне гораздо важнее сейчас как можно лучше узнать себя, понять – что это за мир вокруг меня, и где мое место в нем? Нравлюсь ли я себе таким? Нравится ли мне этот мир? Могу ли я что-то изменить в себе и в этом мире? Что я умею? Кому я дорог? Кто дорог мне? В чем смысл жизни, в конце концов? Неужели, только в том, чтобы делать зарядку и чистить зубы?

Будь нормальным, будь правильным, будь здоровым – говорят мне взрослые. Непременно буду, но чуть позже, когда уляжется буря. Разве вы видели нормальных подростков? Да? Не иначе, у них было такое тяжелое детство, что им пришлось слишком быстро повзрослеть…

Я хочу знать, кем я являюсь на самом деле, и не подменяйте серьезный разговор со мной скучными декларациями и пустыми призывами. Уважайте меня, пожалуйста!»

Подросток.

Я продолжаю размышлять, но пока у меня нет определенного ответа – я всего лишь школьный психолог. Я очень хочу найти середину – между отрицанием и превознесением.

Я смотрю на подростков (дети помладше гораздо более послушны) и пытаюсь изобрести велосипед – ну вот КАК с ними говорить про здоровье, чтобы видеть не равнодушные глаза и болванчиком кивающие головы? Чтобы - не скука и раздражение, а интерес? Чтобы не возникло у подростков желания сделать наоборот – ведь реакция протеста – такая мощная сила…

Я думаю о том, что разговаривать-то обязательно надо – но о том, о чем они спрашивают и чем интересуются. О том, что происходит в их жизни в настоящее время, в настоящий момент. Разговаривать, помогая лучше понимать себя и окружающих, помогая становиться самостоятельными, позволяя им нести ответственность за свой выбор - но и подстраховывать немного – всё-таки мы взрослее. И конечно, показывать пример. Пример взрослого человека, который, безусловно, заботиться о своем физическом и психическом здоровье – и делает это не со страхом или превозмогая скуку, а с удовольствием и со всей серьезностью. И у которого в жизни есть место многому другому – работе, творчеству, любви, общению, развитию… И вот всем этим он заражает, показывает пример и щедро делится. Как бы стать таким взрослым? Не Пафнутием, не Арчибальдом, а кем-то третьим? Вопрос вопросов…

И я понимаю, что прежде чем говорить с подростками о серьезном - надо разобраться самому: что это за мир вокруг меня, и где мое место в нем? Нравлюсь ли я себе таким? Нравится ли мне этот мир? Могу ли я что-то изменить в себе и в этом мире? Что я умею? Кому я дорог? Кто дорог мне? В чем смысл жизни, в конце концов? Неужели, только в том, чтобы делать зарядку и чистить зубы?

Корчагина Юлия, психолог, канд. психол. наук.